4 января 2026 года — 90 лет со дня рождения Валентина Владимировича ЛУКЬЯНОВА (4 января 1936 — 27 июня 1987)

           Родился в Москве. Отец, известный журналист, расстрелян в 1937-м. Валентин Владимирович Лукьянов стихи писал всю жизнь, но, не владея искусством пристраивать их, напечатанными увидел только две небольшие подборки своих стихотворений в журнале «Смена». Умел видеть мир, конкретные ситуации с совершенно неожиданных сторон: на какой-то подмосковной станции к Лукьянову и его знакомому придралась компания подвыпивших здоровенных местных парней, драки не миновать, но вдруг Валентин спокойным голосом спрашивает главаря — как того зовут, как дела и т.д. И тот почему-то рассказывает...
           — Какой интересный оказался мужик, — говорит Лукьянов встревоженному попутчику*, когда компания отхлынула.
           Единственный сборник стихов В. Лукьянова «Белый снег» (с послесловием Д. Лихачёва) вышел после смерти автора.
           _______________________________
           * От него и знаю эту историю. Он тоже поэт, участник Антологии. Фамилию просил не называть. — А. В.-М.


* * *

В лесу отбеленном и чистом
Стою, а на душе — речисто.
Вокруг природа светлым оком,
Закутанная, словно кокон,
Глядит и требует признанья,
Но откровение — под тайным знаком.
Его не выманить на просьбы,
Оно и не воздушный росчерк
Крыла застуженного птицы,
Но радость, радость здесь искрится
В заснеженном великолепье...
И я ликую и... колеблюсь.


В ДОРОГЕ

Квадратами шахматной пашни
Открыто пространство ветрам.
И водонапорные башни
Ладьями стоят по краям.

И мир, что на солнце искрится,
Преданьем хранится целей.
И слёзы так бережно скрыты
Под луковки белых церквей.

И только — равнина, равнина,
Где кругом идёт голова,
Где каждая живность ранима,
Где каждая рана жива.


* * *

Такая грусть, такая грусть
Запала на сердце, что больше
Уже не выдержать, и пусть
Летит всё пропадом и болью
Не отдаётся в каждом дне,
Уже не мучает, не борет...
И всё же тайно и с любовью
Я вспоминаю о тебе.


НА БЕРЕГУ

Сидишь под вечер
Уставший, смолкший.
И в душу вечность
Глядится — море.

Уходят беды
В такую даль,
Что не изведать,
Не увидать.

И свежей ночи
Оживший воздух.
И светят в очи
Медвежьи звёзды.

И неизвестно:
Поёт волна
Или как песня
Вся тишина.


* * *

Вечерело нежданно-негаданно...
Продолжая округой владеть,
День всё гас, световыми миганьями
Отходя по темневшей воде.

Приглушая вершинное карканье,
Поневоле к закату строга,
Вперемешку с зеркальными карпами
Топит солнечных зайцев река.

Лес застыл очертанием терема,
Запропал от которого ключ.
И чудит выжиганьем по дереву
Запоздалый, несдавшийся луч.

Ощущение тайного, звёздного,
Заполняя весь мир и томя,
Разливается в замершем воздухе, —
А как будто в душе у тебя.