Антология

Ольга Скопиченко (25 мая 1908 — 12 мая 1997)

Ольга Алексеевна Скопиченко
Родилась в Сызрани в семье русского офицера (впоследствии участника Первой мировой и Гражданской войн). Тяга к стихам обнаружилась уже в раннем детстве. После революции вся семья с большими трудностями смогла уйти (буквально!) в Китай и к 1923 году осесть в Харбине, где дочь окончила русскую гимназию, а потом получила и юридическое образование. Там же начала печататься, познакомилась с М. Колосовой, выпустила первый сборник «Родные порывы» (1926 г.). Далее — Тяньцзинь, Шанхай, новые книги, а после победы Мао Цзэ-Дуна бежала на Филиппины, на остров Тубабао. В конце 1950 года она поселяется, и уже до конца жизни, в США. Многое связано с Сан-Франциско: работа в газете «Русская жизнь», публикация книг «Неугасимое», «Памятка», «Стихотворения»... В 1990 году потеряла зрение. Последней оказалась книга «Рассказы и стихи», вышедшая в 1994 г.
Умерла Ольга Алексеевна Скопиченко в Сан-Матео (Калифорния).
В 2013 году в Барнауле издана книга стихов «Избранное».


* * *

В ветки игольчатой туи
Бросила блёстками нить,
Чтобы мечту золотую
В памяти вновь пережить.

Господи! Чем успокою
Грустную душу свою?
Разве над светлой страною
«Вечную память» спою!

Нет! — ослепительней, лучше
В годы изгнанья мечты
Снова в напевы созвучий
Вкралось: «Любимая — Ты».

И, негодуя и плача,
Светлой надеждой горя,
Я повторяю иначе
Зимний напев тропаря.

Строгий, торжественный, ясный
Рвётся знакомый мотив.
Прожили мы не напрасно,
Родине жизнь посвятив.

Знаю, мечту золотую
В жизни печальной дождусь,
Около маленькой туи
Ёлке зелёной молюсь:

Снова надеждой крылатой
Вера взовьётся к весне.
Чисты молитвы и святы
О непогибшей стране.


* * *

Люблю лежать в траве примятой.
На солнце плавится тоска,
Когда по зареву заката
Плывут, алея, облака.

И облачные силуэты
Скользят в лазурной вышине,
И, словно заревом согреты,
Подтаивают на огне.

Знакомых городов строенья
Встают громадами вдали,
И их багровое горенье
Как отражение земли.

Я вижу: облачная лава
От лёгких взлётов ветерка
Даёт изгнаннице усталой
Мираж родного городка.

Капризный и неверный случай
Виденье яркое дарит.
А ветер развевает тучи
И треплет отблески зари.

Я облакам кричу: «Верните ж
Воздушный город мой родной!»
Но мой недостижимый Китеж
Дрожит и тает надо мной.