10 декабря 2025 года — 125 лет со дня рождения Галины Николаевны КУЗНЕЦОВОЙ (10 декабря 1900 — 8 февраля 1976)

           Родом из Киева, окончила местную гимназию. В 1920-м эмигрировала — сперва в Константинополь, потом в Прагу (училась в Пражском французском институте), где впервые напечатала свои стихи, затем в Париж. Главное, возможно, событие жизни — знакомство с Буниным. Самой известной книгой Галины Кузнецовой стал «Горестный дневник»*, написанный по материалам пятнадцати лет, проведённых ею в семье И. А. Бунина (с 1927 по 1942 год).
           В 1937 году напечатала единственный сборник стихов «Оливковый сад». (До этого — две книги прозы.)
           После многих лет странствий (Европа, Америка**, опять Европа) последние годы Галина Николаевна Кузнецова провела в Мюнхене.
           ___________________________________
           * Опубликован в Вашингтоне в 1967 г. В нашей печати появился в 1990 г. (в журнале «Знамя», № 4, со вступлением А. Бабореко).
           ** В 1956 г. приняла американское гражданство.


* * *

Мне с каждым часом мир дороже...
Склонясь с высокого моста,
Смотрю: сафьяновою кожей
Внизу волнуется вода.

И мягко с матового свода
Полуприкрытый льётся свет...
Благодарю тебя, природа,
За всё, чему названья нет.

За всё, что дышит, светит, манит,
Томит тревожною тщетой,
Всё, что сиять не перестанет,
Когда я стану пустотой.


* * *

В большой, тяжёлой книге бытия
Чтó для тебя, всезнающего, я?

Простой и слабый, белый мотылёк,
Наивно развернувшийся цветок,
Дитя, которому твоя рука
Отодвигает локоны с виска..

В великолепной книге бытия
Чтó для тебя теперь любовь моя?


РУСЬ

Полно и щедро твоё наследство.
Сладко мне бремя его нести.
Точно янтарь полноцветный, детство
Тяжкою нитью лежит в горсти.

Лоб окропив в расписных воротах,
Денежкой звякнет в стакан слепца,
Солнцем осветит в церковных сотах
Нимб погружённого в тень лица.

Вынесут ломоть ржаного хлеба.
Сяду на паперть мечтать и есть.
Чем мне так дорого это небо,
Голуби, кровель рябая жесть?

Видно, сестрой простых богомолок,
Пальмовой ветвью кропя лари,
В сумрачный мир мне нести осколок
Золотоглавой твоей зари.


* * *

Я возвращалась в сумерки. Над садом
Стояла светлолицая луна.
Вдруг мира неземная тишина
Вошла в меня весенним сладким ядом,
И я остановилась... Мир молчал.
Алмаз звезды над сучьями играл.
Под соснами лежали тени, рядом
Белела невысокая стена...
Стучало сердце... Я была одна.


* * *


Колоколов протяжный разговор
В тумане нарождающейся ночи.
Гряда крутых, волною вставших гор
На тусклом небе кажется короче.

Летим, летим на мягких крыльях вниз,
Туда, где пар, где бледное сиянье,
Где в море мёртвое вступает тёмный мыс
И небо обрывает мирозданье...

Земную жизнь безславно я несу,
Меня печаль безпомощная гонит
За тающую в небе полосу...
Возьми меня. Задумай в новом лоне.