1 декабря 2023 года – 105 лет со дня рождения Ивана Венедиктовича ЕЛАГИНА (1 декабря 1918 – 8 февраля 1987)
#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Иван Венедиктович Матвеев родился во Владивостоке. Родители вскоре расстались, он остался с отцом — известным тогда поэтом (псевдоним Венедикт Март). В 1937-м (или 1938-м) отца расстреляли. В 30-е годы И. Елагин начал литературную деятельность (которой помогал друг отца М. Рыльский), учась в Киевском 2-м медицинском институте. #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Во время войны был вывезен в Германию и остался там (с женою и маленькой дочерью) после 1945 года. #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;В 1947 и 1948 годах опубликовал свои первые сборники стихов (Мюнхен). С 1950 года поселился в Америке, взяв фамилию Елагин для ухода от репатриации: мыл полы в ресторане, работал на фабрике, в мастерской по склейке стекла и т. д. Семнадцать лет одолевал курс Нью-Йоркского* университета, после чего получил докторскую степень и начал преподавать русскую литературу в Питтсбургском университете. #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Всего в течение жизни И. Елагин опубликовал одиннадцать сборников стихотворений. #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Умер в Питтсбурге. #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;________________ #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;* По другим сведениям — Колумбийского.
* * *
Мне не знакома горечь ностальгии. Мне нравится чужая сторона. Из всей — давно оставленной — России Мне не хватает русского окна.
Оно мне вспоминается доныне, Когда в душе становится темно, Окно с большим крестом посередине, Вечернее горящее окно.
* * *
А мы уже в сотом доме – Маемся кое-как. Нет для нас дома – кроме Тебя, дощатый барак!
В какую трущобу канем? Кто приберёт к рукам? Скоро ль конец гаданьям По танкам и по штыкам?
И чёрт ли нам в Алабаме? Что нам чужая трава? Мы и в могильной яме Мёртвыми, злыми губами Произнесём: «Москва».
* * *
Может быть – мучение, Может быть – прощание, Для волны – свечение, Для звезды – качание.
Месяца горение Над леском просёлочным Дереву ранением Кажется осколочным.
Может быть, для гения Означает творчество Судорогу жжения, От которой корчатся.
Может, наказания Мера наивысшая – Не четвертование, А четверостишие.
Всё на свете мучится, Что красою светится; Этим свет и крутится, Этим свет и вертится.
* * *
Про эту скрипучую Берёзу в саду Слова наилучшие Я не найду. #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Тут не до лексики! #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Благоговей! #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Всё золото Мексики #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Виснет с ветвей. И в Пенсильвании Лист колдовской Кружит, позванивая Русской тоской.
* * *
Родина! Мы виделись так мало, И расстались. Ветер был широк, И дорогу песня обнимала — Верная союзница дорог.
Разве можно в землю не влюбиться, В уходящую из-под колёс? Даже ивы, как самоубийцы, С насыпей бросались под откос!
Долго так не выпускали ивы, Подставляя под колеса плоть. Мы вернёмся, если будем живы, Если к дому приведёт Господь.