10 января 2024 года — 75 лет со дня рождения Владимира Николаевича ЕРЁМЕНКО (10 января 1949 — 28 ноября 1993)
#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Родился в Москве. Увлекался техникой. Окончил Московский индустриальный техникум и Московский институт электроники и автоматики, работал технологом по ЭВМ. #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Потом «вдруг» Литературный институт. #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Владимир Николаевич Ерёменко выпустил две книги стихотворений: «Приметы родства» (1989 г.) и «Только любовь» (1991 г.). #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Им переведён на русский язык калмыцкий народный эпос «Джангар». #nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;#nbsp;Умер в Москве после тяжёлой болезни.
* * *
Глаза раскроем не спеша, Необъяснимые, как дети. Какая ясная душа У этой рощи на рассвете!
Смотри — октябрь. А вон апрель! Смеёмся, времени не зная. Какая чуткая свирель Её артерия сквозная!
Взгляни: над нею мир и мать Колдуют, звуки исторгая. Но нет желанья постигать. А только жить. Не постигая.
* * *
На избранном пути Такая благодать — Апостолом пройти, Печальником предстать За счастье невпопад, За смерть во цвете лет, За этот дивный град, За этот белый свет, За тёплую луну В проталине окна, За женщину одну — Она всегда одна. Какая благодать — В задымленном строю Печальником предстать За Родину свою...
* * *
Деревья только воплотят Весь гнёт и воздух колоннад, Какими их провидел зодчий. Чтоб в их листке века спустя Лепило родину дитя, Дивясь на своды славы отчей...
Вот, как и встарь, из бездны лет Упал в ладонь младенец-свет, И, вавилонские предтечи, Потомки истинных скорбей, Мальцы Крапива и Репей Сошлись над ним, смыкая плечи.
Вновь слышится: «Не уходи...» И под ногами и в груди Любви настойчивые всходы... Душа народа не скорбит, Взирая на обломки плит, Когда над нею эти своды.
Не в том же суть, чтоб мир узнал, Кто плуг здесь вёл, кто кровь ронял, Кто храм воздвигнул, небо тронув... Земля доселе не полна Трудами сердца. И земна Печаль умов под сенью клёнов.
Когда сбывается закат, Тревожат сумрак колоннад Недрёмных пращуров смотрины... Деревья только воплотят Всё то, что зрело невпопад В народе на груди равнины.
В который раз раскрылся зрак И время полоснуло так, Что раб затейный лиру пропил!.. Земля доселе не полна Плодами лун. Но новизна — Вне хрупкой страсти Хриплых сопел...
* * *
Волнение сердца не поза, А горького счастья долина. Мой мозг как глубокая роза. Мой возраст как песня акына.
Я выбрал пределы такие, Где выступит пот небосвода. Я ведаю судьбы людские, И мной помыкает природа.
Не вздумай со мною по краю: Отважишься — с телом не сладишь. Я душу твою попираю! За что мои волосы гладишь?
* * *
Четыре сестры мою нитку сучили Из белого света. Вдоль смерти по жизни ходить научили И любят за это. И каждая втайне глядит как на сына И молится сладко... А званьем — царица, А статью — рябина, А сердцем — солдатка... И страшно однажды из рук их напиться. Шутливо проститься. И думать, шагая: «Как небушко длится!» Да вдруг оступиться...
* * *
Над снегами стою оробелый И ушедшего слышу верней: «Говори мне о Родине белой, Я столетья не слышал о ней. У могилы истлела лопата, В небо вывернут комель креста. Что, душа её так же крылата? Что, казна её так же пуста? Есть великое имя на плитах, Там, где памяти пламенный куст!..» Я ровесников видел убитых. Мне не надобно правды из уст. Может, Родине имя — Утрата? Потому и не ставим креста? А душа её так же крылата. И казна её так же пуста.
ГОДОВЩИНА
Снится: иду стороной, Речка бормочет у ног. Кто это рядом со мной? Родина? Женщина? Бог?
Я или будто бы я, Странный немой в кутеже? Кто эти люди? Друзья? Я их не помню уже.
Где окликавший отца? Что его голос затих? Кто там листает с конца Книгу признаний моих?
Время петлёю дверной Кличет судьбу. Каково? Снится: иду стороной, И никого, никого...