Родился в посёлке Юзовка на Богодуховском руднике (ныне п. Щегловка, Донбасс). Растили его мать, тётка и бабушка*. (В документах называет родителями тётку и дядю…) Юность провёл в Екатеринославе (ныне Днепропетровск), где окончил Институт железнодорожного транспорта и с 1925 года работал в редакции газеты «Грядущая смена». В эти годы публикует первые стихи.
С 1931 года — в Москве: живёт в посёлке Черкизово, работает в многотиражке Мытищинского вагонного завода. Много пишет. С 1934 года он литературный консультант в издательстве «Молодая гвардия». В 1940 году издаёт единственную прижизненную книгу стихов «Свидетели».
В войну из-за близорукости в действующую армию попал только в 1943-м — военкором газеты 6-й воздушной армии «Сокол Родины» (Северо-Западный фронт). Награждён орденом Красной Звезды и медалями.
Летом 1945-го с тревогой говорил, что за ним следят и даже уже пытались столкнуть его под поезд.
18 сентября 1945 года Дмитрий Борисович Кедрин был выброшен из пригородного поезда в районе станции Тарасовка. Убийц не нашли.
В 1947 году вышла книга избранных стихов и поэм Д. Кедрина, впоследствии много раз переизданная (с дополнениями). В основе фильма «Андрей Рублёв» А. Тарковского лежат мотивы поэзии Д. Кедрина. Его именем названы улицы Москвы, Мытищ, Днепропетровска…В Мытищах действует объединение им. Д. Кедрина; там же в 2007 году установлен памятник поэту.
___________________________________
*Существует версия, что Д. Кедрин — незаконнорождённый, дворянин по происхождению.
* * *
Всё мне мерещится поле с гречихою,
В маленьком доме сирень на окне,
Ясное-ясное, тихое-тихое
Летнее утро мерещится мне.
Мне вспоминается кляча чубарая,
Аист на крыше, скирды на гумне,
Тёмная-тёмная, старая-старая
Церковка наша мерещится мне.
Чудится мне, будто песню печальную
Мать надо мною поёт в полусне,
Узкая-узкая, дальняя-дальняя
В поле дорога мерещится мне.
Где ж этот дом с оторвавшейся ставнею,
Комната с пёстрым ковром на стене?
Милое-милое, давнее-давнее
Детство моё вспоминается мне.*
13.05.1945
___________________________
* На стихи написана музыка С. Бушмановым.
С 1931 года — в Москве: живёт в посёлке Черкизово, работает в многотиражке Мытищинского вагонного завода. Много пишет. С 1934 года он литературный консультант в издательстве «Молодая гвардия». В 1940 году издаёт единственную прижизненную книгу стихов «Свидетели».
В войну из-за близорукости в действующую армию попал только в 1943-м — военкором газеты 6-й воздушной армии «Сокол Родины» (Северо-Западный фронт). Награждён орденом Красной Звезды и медалями.
Летом 1945-го с тревогой говорил, что за ним следят и даже уже пытались столкнуть его под поезд.
18 сентября 1945 года Дмитрий Борисович Кедрин был выброшен из пригородного поезда в районе станции Тарасовка. Убийц не нашли.
В 1947 году вышла книга избранных стихов и поэм Д. Кедрина, впоследствии много раз переизданная (с дополнениями). В основе фильма «Андрей Рублёв» А. Тарковского лежат мотивы поэзии Д. Кедрина. Его именем названы улицы Москвы, Мытищ, Днепропетровска…В Мытищах действует объединение им. Д. Кедрина; там же в 2007 году установлен памятник поэту.
___________________________________
*Существует версия, что Д. Кедрин — незаконнорождённый, дворянин по происхождению.
* * *
Всё мне мерещится поле с гречихою,
В маленьком доме сирень на окне,
Ясное-ясное, тихое-тихое
Летнее утро мерещится мне.
Мне вспоминается кляча чубарая,
Аист на крыше, скирды на гумне,
Тёмная-тёмная, старая-старая
Церковка наша мерещится мне.
Чудится мне, будто песню печальную
Мать надо мною поёт в полусне,
Узкая-узкая, дальняя-дальняя
В поле дорога мерещится мне.
Где ж этот дом с оторвавшейся ставнею,
Комната с пёстрым ковром на стене?
Милое-милое, давнее-давнее
Детство моё вспоминается мне.*
13.05.1945
___________________________
* На стихи написана музыка С. Бушмановым.
ОСТАНОВКА У АРБАТА **
Я стоял у поворота
Рельс, бегущих от Арбата,
Из трамвая глянул кто-то
Красногубый и чубатый.
Как лицо его похоже
На моё, сухое ныне!..
Только чуточку моложе,
Веселее и невинней.
А трамвай — как сдунет ветром,
Он качнулся, уплывая.
Профиль юности безсмертной
Промелькнул в окне трамвая.
Минут годы. Подойдёт он —
Мой двойник — к углу Арбата.
Из трамвая глянет кто-то
Красногубый и чубатый,
Как и он, в костюме синем,
С полевою сумкой тоже,
Только чуточку невинней,
Веселее и моложе.
А трамвай — как сдунет ветром,
Он промчится, завывая...
Профиль юности безсмертной
Промелькнёт в окне трамвая.
На висках у нас, как искры,
Блещут первые сединки,
Старость нам готовит выстрел
На последнем поединке.
Даже маленькие дети
Станут седы и горбаты,
Но останется на свете
Остановка у Арбата,
Где, ни разу не померкнув,
Непрестанно оживая,
Профиль юности безсмертной
Промелькнёт в окне трамвая!
1939
___________________________________
** На стихи написана музыка А. Васиным-Макаровым.
Профиль юности безсмертной
Промелькнул в окне трамвая.
М. Голодный
Я стоял у поворота
Рельс, бегущих от Арбата,
Из трамвая глянул кто-то
Красногубый и чубатый.
Как лицо его похоже
На моё, сухое ныне!..
Только чуточку моложе,
Веселее и невинней.
А трамвай — как сдунет ветром,
Он качнулся, уплывая.
Профиль юности безсмертной
Промелькнул в окне трамвая.
Минут годы. Подойдёт он —
Мой двойник — к углу Арбата.
Из трамвая глянет кто-то
Красногубый и чубатый,
Как и он, в костюме синем,
С полевою сумкой тоже,
Только чуточку невинней,
Веселее и моложе.
А трамвай — как сдунет ветром,
Он промчится, завывая...
Профиль юности безсмертной
Промелькнёт в окне трамвая.
На висках у нас, как искры,
Блещут первые сединки,
Старость нам готовит выстрел
На последнем поединке.
Даже маленькие дети
Станут седы и горбаты,
Но останется на свете
Остановка у Арбата,
Где, ни разу не померкнув,
Непрестанно оживая,
Профиль юности безсмертной
Промелькнёт в окне трамвая!
1939
___________________________________
** На стихи написана музыка А. Васиным-Макаровым.
КУКУШКА
Утомлённые пушки
В это утро молчали.
Лился голос кукушки,
Полный горькой печали.
Но её кукованье
Не считал, как бывало,
Тот, кому этой ранью
Встарь она куковала.
Взорван дот в три наката,
Сбита ели макушка...
Молодого солдата
Обманула кукушка!
Лето 1943
ГЛУХАРЬ
Выдь на зорьке и ступай на север
По болотам, камушкам и мхам.
Распустив хвоста колючий веер,
На сосне красуется глухарь.
Тонкий дух весенней благодати,
Свет звезды — как первая слеза...
И глухарь, кудесник бородатый,
Закрывает жёлтые глаза.
Из дремотных облаков исторгла
Яркий блеск холодная заря,
И звенит, чумная от восторга,
Зоревая песня глухаря.
Счастлив тем, что чувствует и дышит,
Красотой восхода упоён, —
Ничего не видит и не слышит,
Ничего не замечает он!
Он поёт листву купав болотных,
Паутинку, белку и зарю,
И в упор подкравшийся охотник
Из берданки бьёт по глухарю...
Может, так же в счастья день желанный,
В час, когда я буду петь, горя,
И в меня ударит смерть нежданно,
Как его дробинка — в глухаря.
1938
БАБЬЕ ЛЕТО
Наступило бабье лето —
Дни прощального тепла.
Поздним солнцем отогрета,
В щёлке муха ожила.
Солнце! Что на свете краше
После зябкого денька?..
Паутинок лёгких пряжа
Обвилась вокруг сучка.
Завтра хлынет дождик быстрый,
Тучей солнце заслоня.
Паутинкам серебристым
Жить осталось два-три дня.
Сжалься, осень! Дай нам света!
Защити от зимней тьмы!
Пожалей нас, бабье лето:
Паутинки эти — мы.
4.10.1941
* * *
Много видевший, много знавший,
Знавший ненависть и любовь,
Всё имевший, всё потерявший
И опять всё нашедший вновь.
Вкус узнавший всего земного
И до жизни жадный опять,
Обладающий всем – и снова
Всё боящийся потерять.
2 июня 1945
Утомлённые пушки
В это утро молчали.
Лился голос кукушки,
Полный горькой печали.
Но её кукованье
Не считал, как бывало,
Тот, кому этой ранью
Встарь она куковала.
Взорван дот в три наката,
Сбита ели макушка...
Молодого солдата
Обманула кукушка!
Лето 1943
ГЛУХАРЬ
Выдь на зорьке и ступай на север
По болотам, камушкам и мхам.
Распустив хвоста колючий веер,
На сосне красуется глухарь.
Тонкий дух весенней благодати,
Свет звезды — как первая слеза...
И глухарь, кудесник бородатый,
Закрывает жёлтые глаза.
Из дремотных облаков исторгла
Яркий блеск холодная заря,
И звенит, чумная от восторга,
Зоревая песня глухаря.
Счастлив тем, что чувствует и дышит,
Красотой восхода упоён, —
Ничего не видит и не слышит,
Ничего не замечает он!
Он поёт листву купав болотных,
Паутинку, белку и зарю,
И в упор подкравшийся охотник
Из берданки бьёт по глухарю...
Может, так же в счастья день желанный,
В час, когда я буду петь, горя,
И в меня ударит смерть нежданно,
Как его дробинка — в глухаря.
1938
БАБЬЕ ЛЕТО
Наступило бабье лето —
Дни прощального тепла.
Поздним солнцем отогрета,
В щёлке муха ожила.
Солнце! Что на свете краше
После зябкого денька?..
Паутинок лёгких пряжа
Обвилась вокруг сучка.
Завтра хлынет дождик быстрый,
Тучей солнце заслоня.
Паутинкам серебристым
Жить осталось два-три дня.
Сжалься, осень! Дай нам света!
Защити от зимней тьмы!
Пожалей нас, бабье лето:
Паутинки эти — мы.
4.10.1941
* * *
Много видевший, много знавший,
Знавший ненависть и любовь,
Всё имевший, всё потерявший
И опять всё нашедший вновь.
Вкус узнавший всего земного
И до жизни жадный опять,
Обладающий всем – и снова
Всё боящийся потерять.
2 июня 1945