Родился в Череповце, выпускник факультета журналистики Свердловского университета. Стал известен как автор рок-текстов и музыкант.
Александр Николаевич Башлачёв покончил жизнь самоубийством в 1988 году в Ленинграде.
1 ноября 2009 года в Череповце открылся музей Александра Башлачёва.
ХОЗЯЙКА
Сегодня ночью — дьявольский мороз.
Открой, хозяйка, бывшему солдату,
Пусти погреться, я совсем замёрз.
Враги сожгли мою родную хату.
Перекрестившись истинным крестом,
Ты молча мне подвинешь табуретку,
И самовар ты выставишь на стол,
На чистую крахмальную салфетку.
И калачи достанешь из печи,
С ухватом длинным управляясь ловко.
Пойдёшь в чулан, забрякают ключи.
Вернёшься со своей заветной поллитровкой.
Я поиграю на твоей гармони.
Рвану твою трёхрядку от души.
— Чего сидишь, как будто на иконе?
А ну, давай, пляши, пляши, пляши...
Когда закружит мои мысли хмель
И «День Победы» я не доиграю,
Тогда уложишь ты меня в постель,
Потом сама тихонько ляжешь с краю.
А через час я отвернусь к стене.
Пробормочу с ухмылкой виноватой:
— Я не солдат... Зачем ты веришь мне?
Я всё наврал. Цела родная хата.
И в ней есть всё — часы и пылесос.
И в ней вполне достаточно уюта.
Я обманул тебя. Я вовсе не замёрз.
Да тут ходьбы всего на три минуты.
Известна цель визита моего —
Чтоб переспать с соседкою-вдовою. —
А ты ответишь: — Это ничего... —
И тихо покачаешь головою.
И вот тогда я кой-чего пойму,
И кой о чём серьёзно пожалею.
И я тебя покрепче обниму,
И буду греть тебя, пока не отогрею.
Да, я тебя покрепче обниму
И стану сыном, мужем, сватом, братом.
Ведь человеку трудно одному,
Когда враги сожгли родную хату.
ПАЛАТА №6
Хотел в Алма-Ату – приехал в Воркуту,
Строгал себе лапту, а записали в хор.
Хотелось «Беломор» – в продаже только «Ту».
Хотелось телескоп, а выдали топор.
Хотелось закурить, но здесь запрещено.
Хотелось закирять, но высохло вино.
Хотелось обьяснить – сломали два ребра.
Пытался возразить, но били мастера.
Хотелось одному – приходится втроём.
Надеялся уснуть – командуют «Подъём!».
Хотел перекусить – закрыли магазин.
С трудом поймал такси, но кончился бензин.
Хотелось полететь – приходится ползти.
Старался доползти – застрял на полпути.
Ворочаюсь в грязи. А если встать, пойти –
За это мне грозит от года до пяти.
Хотелось закричать – приказано молчать.
Попробовал молчать, но могут настучать.
Хотелось озвереть. Кусаться и рычать.
Пытался умереть – успели откачать.
Могли и не успеть. Спасибо главврачу
За то, что ничего хотеть я не хочу.
Психически здоров. Отвык и пить, и есть.
Спасибо. Башлачёв, палата №6.
КАК ВЕТРА ОСЕННИЕ
Как ветра осенние подметали плаху.
Солнце шло сторонкою, да время – стороной,
И хотел я жить, и умирал, да сослепу, со страху,
Потому что я не знал, что ты со мной.
Как ветра осенние заметали небо,
Плакали, тревожили облака,
Я не знал, как жить, ведь я ещё не выпек хлеба.
А на губах не сохла капля молока.
Как ветра осенние да подули ближе.
Закружили голову и ну давай кружить.
Ой-ой-ой, да я сумел бы выжить,
Если б не было такой простой работы – жить.
Как ветра осенние жали, не жалели рожь.
Ведь тебя посеяли, чтоб ты пригодился.
Ведь совсем не важно, от чего помрёшь.
Ведь куда важнее – для чего родился.
Как ветра осенние уносят моё семя,
Листья Воскресения да с веточки весны.
Я хочу дожить, хочу увидеть время,
Когда мои песни станут не нужны.
Александр Николаевич Башлачёв покончил жизнь самоубийством в 1988 году в Ленинграде.
1 ноября 2009 года в Череповце открылся музей Александра Башлачёва.
ХОЗЯЙКА
Сегодня ночью — дьявольский мороз.
Открой, хозяйка, бывшему солдату,
Пусти погреться, я совсем замёрз.
Враги сожгли мою родную хату.
Перекрестившись истинным крестом,
Ты молча мне подвинешь табуретку,
И самовар ты выставишь на стол,
На чистую крахмальную салфетку.
И калачи достанешь из печи,
С ухватом длинным управляясь ловко.
Пойдёшь в чулан, забрякают ключи.
Вернёшься со своей заветной поллитровкой.
Я поиграю на твоей гармони.
Рвану твою трёхрядку от души.
— Чего сидишь, как будто на иконе?
А ну, давай, пляши, пляши, пляши...
Когда закружит мои мысли хмель
И «День Победы» я не доиграю,
Тогда уложишь ты меня в постель,
Потом сама тихонько ляжешь с краю.
А через час я отвернусь к стене.
Пробормочу с ухмылкой виноватой:
— Я не солдат... Зачем ты веришь мне?
Я всё наврал. Цела родная хата.
И в ней есть всё — часы и пылесос.
И в ней вполне достаточно уюта.
Я обманул тебя. Я вовсе не замёрз.
Да тут ходьбы всего на три минуты.
Известна цель визита моего —
Чтоб переспать с соседкою-вдовою. —
А ты ответишь: — Это ничего... —
И тихо покачаешь головою.
И вот тогда я кой-чего пойму,
И кой о чём серьёзно пожалею.
И я тебя покрепче обниму,
И буду греть тебя, пока не отогрею.
Да, я тебя покрепче обниму
И стану сыном, мужем, сватом, братом.
Ведь человеку трудно одному,
Когда враги сожгли родную хату.
ПАЛАТА №6
Хотел в Алма-Ату – приехал в Воркуту,
Строгал себе лапту, а записали в хор.
Хотелось «Беломор» – в продаже только «Ту».
Хотелось телескоп, а выдали топор.
Хотелось закурить, но здесь запрещено.
Хотелось закирять, но высохло вино.
Хотелось обьяснить – сломали два ребра.
Пытался возразить, но били мастера.
Хотелось одному – приходится втроём.
Надеялся уснуть – командуют «Подъём!».
Хотел перекусить – закрыли магазин.
С трудом поймал такси, но кончился бензин.
Хотелось полететь – приходится ползти.
Старался доползти – застрял на полпути.
Ворочаюсь в грязи. А если встать, пойти –
За это мне грозит от года до пяти.
Хотелось закричать – приказано молчать.
Попробовал молчать, но могут настучать.
Хотелось озвереть. Кусаться и рычать.
Пытался умереть – успели откачать.
Могли и не успеть. Спасибо главврачу
За то, что ничего хотеть я не хочу.
Психически здоров. Отвык и пить, и есть.
Спасибо. Башлачёв, палата №6.
КАК ВЕТРА ОСЕННИЕ
Как ветра осенние подметали плаху.
Солнце шло сторонкою, да время – стороной,
И хотел я жить, и умирал, да сослепу, со страху,
Потому что я не знал, что ты со мной.
Как ветра осенние заметали небо,
Плакали, тревожили облака,
Я не знал, как жить, ведь я ещё не выпек хлеба.
А на губах не сохла капля молока.
Как ветра осенние да подули ближе.
Закружили голову и ну давай кружить.
Ой-ой-ой, да я сумел бы выжить,
Если б не было такой простой работы – жить.
Как ветра осенние жали, не жалели рожь.
Ведь тебя посеяли, чтоб ты пригодился.
Ведь совсем не важно, от чего помрёшь.
Ведь куда важнее – для чего родился.
Как ветра осенние уносят моё семя,
Листья Воскресения да с веточки весны.
Я хочу дожить, хочу увидеть время,
Когда мои песни станут не нужны.